Я хочу для тебя улыбаться.
Я хочу для тебя улыбаться,
Я хочу стать частичкой души,
Как ребёнок душевно смеяться,
В своё сердце впустить поспеши.

Я хочу, чтобы солнце светило,
Чтобы грело зимой по утрам,
Чтоб судьба над тобою чудила,
Чтоб нашел ты меня по следам.

Я хочу лишь тобою дышать,
Быстрым ветром бездонным я стану,
Так хочу ото всех убежать,
Помешать их природному плану.

Я в снежинку хочу превратиться,
Лёгким ветром ты будешь моим,
Тяжело ведь в тебя не влюбиться,
Мы любовь свою в сердце таим.

Превратиться в твоё одеяло,
Чтоб ночами тебя обнимать,
Чтоб на утречко солнце сияло,
Чтоб дорогу ко мне освещать.

Я хочу быть красивой игрушкой,
Мягкой, плюшевой и дорогой,
Буду самой любимой подружкой
И любовью твоею. Родной!

Я хочу стать твоим светом ночи,
Тем лучистым огнём у окна,
Я побуду всю ночь с тобой, хочешь?
Ты увидишь и скажешь: «Она!»

 

 

 Сейчас остались какие-то обрывки воспоминаний из прошлого. Это похоже на весенний тающий снег. Ее силует на фоне прихожей ее квартиры, когда я лежу на одеяле на полу. Мы только что занимались сексом - первый раз два еще совершенно чужих человека, но уже бесконечно влюбленных. Она темным силуетом, покачивая бедрами удаляется на кухню , налить мартини, смешанный с апельсиновым соком.

 Потом она сидит на корточках без одежды на кухне, а я стою в дверях, мы пьем. Кажется время пошло вспять. Потом мы на дне ее рождения в ресторане "Дольче" на самом нижнем этаже. Она в очень коротком и открытом черном платье и босоножках. Ее волосы разлетаются в стороны - она смеется, я так любил когда она смеется, казалось весь мир дрожит и его бесконечные зеркала отражают ее радость и счастье. Она сидит в кресле, прижимая ногу к подбородку, мечтая о будущем, ее глаза таинственно блестят.

 Звонит ее мама. Она не успела переодеться, сидит на корточках в одном белье и говорит с мамой, не замечая как я наблюдаю за ней. Она моя уходящая любовь. Мой корабль, который я ребенком отправил вниз по реке.

Мы в ванной - она поставила меня на колени и моет мое тело - мы без одежды. Ни одна женщина в мире ни до ни после так нежно и ласково не обходилась со мной, а я с ней. Мы весь день будем валяться в постели, а ночью опять пить мартини с апельсиновым соком и опять любить друг друга. До изнеможения, до потери сил. Просто падая на подушку.

 Потом мы сделали первый шаг. Я так и запомнил его - она стройная, с широкими бедрами, в коротком платье и солнце, запутавшееся у нее в руке, опущенной к бедру. Она удаляется. Но она уже не может уйти. Все равно мы будем возвращаться друг к другу. И мы уже никогда не будем сориться.

 Как удивительно, что любовь может прийти и жить рядом, даже когда ты уже не думаеш, что это будет снова. И ее очень легко узнать, потому что она похожа на маленького зверька, которого ты боишся напугать. Она похожа на ребенка, которого ты боишся обидеть. Она похожа на птицу, которая может улететь и ты смотришь на нее не дыша.

 

Она похожа на ангела - твоего ангела, с которым ты идешь по тропинке своей судьбы, держась за руку. Она - первое и последнее что есть у тебя. Она вся твоя суть. Она приходит и уходит, и именно она заставляет тебя поверить в то, что Бог все же есть на земле, и что твои мечты, это все же его планы.

 Мы ни разу не были вместе больше чем одну ночь. Мы никогда и никому не говорили, что мы вместе. Никто не знал, что мы знаем друг друга. Казалось это наш собственный другой мир, в который ведет одна единственная известная нам дверь.

 Такой была моя уходящая любовь. И теперья потерял навсегда покой. Моя уходящая любовь забрала мое сердце. И не оставила свое.

У каждого своя дорога,
У каждого свой дивный путь.
Перешагнув черту порога,
Так хочется увидеть суть.

Познать любовь и боль разлуки,
Постигнуть правду и мечту.
Признанья искреннего звуки,
Всю боль утрат, потерь тоску.

Проти как можно выше, дальше,
Преодолеть всего себя.
И умереть, и может раньше,
Вернуться вновь опять сюда.

И снова путь, опять исканье,
Опять дорога без конца.
А есть ли смысл в таком желанье?
Зачем так мучить здесь себя?

В чем цель блужданий в горе мира?
Где есть свобода от всего?
Где справедливость, вера сила?
Откуда мне черпать ее?

Как мне смотреть в глаза страданий,
И как страданье избегать?
В чем есть свобода от желаний,
И где желание искать?

Чем дольше путь, тем меньше мысли,
Тем проще отыскать ответ,
Свобода будет только если,
Остановить суждений след.

Оставить все слова в покое,
На все ответ найти в себе,
Ведь целый мир в твоей основе,
Ведь вся вселенная в тебе.

И путь, который ты все ищешь,
Начертан сердцем на груди.
История, что ты напишешЬ,
Уже написана внутри.

Так стань собой и будь свободен,
Так стань спокоен, все забудь.
В своей душе всегда будь воин,
Тогда найдет тебя твой путь.

 

Когда я сплю после ночи, под утро мне снятся острова. Красивые острова в океане. Не знаю почему. Я плыву туда на яхте. В море туман, нет ветра - почти нет. Меня медленно медленно несет к берегу. На берегу - один лес и туман.
- Ты уже не спишь?
- Нет...
- Жарко.

Жил - был один дядя и звали его Федя. Но он был очень одинокий и чтобы кого-то найти решил устроиться он на на работу. "Вот буду ходить на работу" - думает он. - "И там с кем-то познакомлюсь и женюсь". И устроился он работать в магазин, где продаются матрешки. Работа ему так понравилась, что он часто задерживался до поз
на.
И вот однажды заснул он вечером прямо на работе, а проснулся от того, что его кто-то дергает за рукав.

Мы сидели с другом в кафе - скорее это была наливайка.

- Еще по одной? - предложил он.

- Ага. - я согласился. Четвертое пиво пошло легче, чем третье.

- А ты служил?

- Угу - в сибири на радаре.

Когда ему исполнилось 35 лет, он вдруг с ужасом понял, что его душу заполняет пустота и равнодушие. Те радости, которыми жил Виктор постепенно становились проще, ближе и от этого теряли свое величие. Это было похоже на художника, который вдруг стал слепым и теперь не бросив мастрество его картины становились абстрактными квадратами с набором красок.

- Во что ты веришь?
- Я верю в справедливость.
Он улыбнулся ей. Она ему. Она думала - справедливо ли, если он любит меня, а я его, но у нас и дети и другие семьи? В чем здесь справедливость? Конечно - все иначе было бы лет десять назад. Теперь - попробуй сделай что-то.
- Если прийдеш ко мне в гости - давай вести себя хорошо. - посоветовала она.
- Давай - я ведь в принципе - хороший.

Но в сердце уже горело что-то другое.

- Этому актеру и когда он выдающихся играет не везет и когда он плохих играет - не везет.
- Ничего - когда он будет играть посредственность, ему повезет.